Сормовские танкеры-гиганты в бою

Когда гитлеровцы перерезали почти все железные дороги, по которым доставлялась бакинская нефть, и вышли к Волге, именно эти уникальные суда, построенные в Горьком, фактически спасли Красную армию от неминуемого краха

«ПРОЕКТ 410»

23 июля 1942 года, в разгар наступления на Сталинград, фюрер подписал директиву, в которой среди прочего говорилось о необходимости парализовать перевозки по Каспийскому морю. Однако до середины осени немецкие самолеты в основном ограничивались здесь лишь разведкой, а бомбардировщики лишь эпизодически атаковали нефтеналивные суда и ставили мины в низовьях Волги и морском канале. Последний представлял собой узкую углубленную часть моря, по которой суда с большой осадкой проходили на Астраханский рейд. Здесь нефтепродукты впоследствии перегружались уже на речные баржи. С конца августа все танкеры стали следовать по Каспию в сопровождении канонерских лодок и сторожевых катеров Каспийской военной флотилии, которой командовал контр-адмирал Ф.С. Седельников. Астраханская военно-морская база сформировала пять дивизионов тральщиков, которым была поставлена задача вести траление дна от Замьян на Волге до двенадцатифутового морского рейда. Вокруг последнего были поставлены плавучие зенитные батареи на баржах. Стоит напомнить, что в годы войны кавказские нефтепромыслы были, по сути, единственным источником жидкого топлива в Советском Союзе. Когда в августе 1942-го гитлеровцы вышли к Волге в районе Сталинграда, а затем добрались и до железной дороги Кизляр – Астрахань, в наших руках оставался только один путь для транспортировки «черного золота». Сначала крупные танкеры везли его по Каспийско- му морю до Астраханского рейда. Там драгоценное сырье перегружалось на речные баржи и доставлялось на нефтебазы в Астрахани, где переливалось в цистерны. Далее предстоял самый опасный, фактически смертельный путь по однопутной железной дороге на Саратов, проходившей в голой степи по границе Казахстана. Станции и перегоны ежедневно и по нескольку раз подвергались авиаударам. Железнодорожники гибли, но, не щадя сил, восстанавливали пути, на ходу заделывали пробоины в паровозных котлах и цистернах и везли нефть дальше на север. Все понимали, что без топлива Красная армия будет попросту обездвижена...

Строительством судов для Каспийского танкерного флота еще с XIX столетия традиционно занимался завод «Красное Сормово». В годы НЭПа предприятие по- лучило ответственное партийное задание – сделать для «КАСПАРа» (Каспийского пароходства) серию огромных танкеров водоизмещением 11 000 тонн (на фото). Суда поkучили кодовое обозначение «проект 410». Задача была не только ответственной, но и технически сложной. Танкеры надо было не только построить — для этого требовался гигантский по тем временам слип, — но и каким-то образом доставить на Каспий. Ведь Волга была неспокойной, во многих местах путь судам преграждали мели и перекаты. А плавание во время паводка — только в это время корабль с большой осадкой мог сойти со стапелей и пройти по фарватеру — сопровождалось сильными штормами. Головной танкер, спущенный на воду в 1927 году, получил имя «Ленин». На море его доставляли, как говорится, всем миром. На каждом участке реки для сопровождения выделялись по 3 – 4 буксира, которые стаскивали судно с мелей и осуществляли проводку по узким участкам. Операция прошла успешно, и уже весной 1928 года «Ленин» начал возить бакинскую нефть. В дальнейшем, чтобы проходить путь до Баку по мелкой воде, заместитель главного конструктора В. Керичев предложил прикреплять с каждого борта танкера по десятку стальных кронштейнов. Под них подводили полузатопленные баржи, затем воду откачивали, суда всплывали и поднимали танкер. Так вместе с баржами-понтонами он про- ходил через все отмели. С 1929 по 1939 год на «Красном Сормове» были построены еще 10 гигантов проекта 410, и все они получили громкие названия: «Профинтерн», «Цю- рупа», «Агамали оглы», «ВКП (б)», «Коминтерн», «Андрей Жданов», «Молотов», «Сталин» и «Каганович». Последним танкером этого семейства символично стал «Лаврентий Берия», спущенный на воду незадолго до войны.

«ГОРИТ «АМЕРИКА»!

Утром 24 октября над Астраханью пролетел немецкий самолет-разведчик, который зафиксировал большое скопление нефтеналивных судов на Астраханском морском рейде. Увидев фотографии, командующий 4-м воздушным флотом люфтваффе барон фон Рихтхофен решил, что настал час разделаться с советскими танкерами. К этому времени его «стервятники» уже уничтожили Саратовский и Грозненский нефтеперегонные заводы, а также сожгли все нефтебазы от Махачкалы до Саратова. Сотни тысяч тонн нефти превратились в дым либо растеклись по Волге. Осталось лишь очистить от советских судов Каспий, и всё – СССР останется без нефти, а это победа. Вечером 26 октября гауптман Ханс Бётхер, командир специализированной авиагруппы I./KG100, недавно перебазировавшейся в Армавир, получает приказ на вылет. Появившись над морем незадолго до захода солнца, опытный летчик сразу добивается успеха. 9 бомб падают рядом с танкером, но десятая попадает точно в цель. Судно горит и тонет. Какой именно корабль стал жертвой Бётхера, точно неизвестно. В тот вечер на двенадцатифутовом рейде почти одновременно погибли два судна. Вот как описывает эти события хроника Каспийской военной флотилии: «26 октября 1942 г. отличился малый охотник, которым командовал лейтенант И.С. Цвелев. Сопровождая караван судов, он в течение дня отразил десять налетов фашистских бомбардировщиков. Вечером, передав караван другому кораблю, катер лег на обратный курс. Вскоре справа по борту вспыхнуло зарево пожара. — Горит «Америка», — доложил вахтенный сигнальщик. На катере хорошо знали это нефтеналивное судно, переоборудованное в базу снабжения кораблей в море горючим. «Америка» стояла на якоре вдали от берега. Лейтенант Цвелев решил немедленно идти на помощь. Когда катер приблизился к судну, огромное пламя уже охватило всю его кормовую часть, пылали надстройки и мостик. Из трюмов вырвался черный столб дыма – начала гореть нефть. По палубе, спасаясь от огня, метались люди. Группа моряков во главе с помощником командира лейтенантом Т.Г. Шляпниковым и боцманом О.И. Соловьевым при- готовилась к действию на горящем судне, но путь катеру преградили ленты трассирующих пуль. Это обстреливал проносящийся низко Хе-111. Катерники открыли ответный огонь... В эти минуты вдруг налетевшие порывы ветра положили на воду шлейф густого черного дыма. Лейтенант Цвелев немедленно воспользовался этим. Катер нырнул в пелену черного дыма и подошел к борту «Америки». Едва моряки вытащили из воды мальчика и женщину, как на катер устремились два вражеских самолета. Маневрируя, катер снова прикрылся полосой дыма. Трижды он под обстрелом и бомбежкой подходил к судну, спасая людей. На «Америке» пламя уже перекинулось на полубак. Находившиеся там бочки с бензином начали взрываться и взлетать в воздух». Вскоре «заправочная станция» — старый танкер, построенный в Сормове еще в 1899 году, — ушла под воду. Пытавшийся оказать ей помощь другой танкер, «Ударник», получил прямое попадание бомбы в носовую часть и тоже погрузился в пучину, вместе с 12 членами экипажа и капитаном Н.В. Красновым. 27 октября «Хейнкели» I./KG100 снова поя- вились над Каспием. В тот день огромный танкер 410-го проекта «Агамали оглы» доставил из Баку очередную партию нефти. Не успела команда начать перегрузку на баржу, как в воздухе послышался надсадный рев самолетов. Находившийся на судне орудийный расчет из военных моряков открыл огонь из 45-мм пушек, стреляя по курсу приближающихся бомбардировщиков, а капитан Ага Бала Раджабов приказал дать полный ход. Увидев на своем пути разрывы снарядов, немецкие летчики отвернули. Но затем перестроились и начали второй заход, одновременно с правого и левого бортов. На сей раз одна из бомб попала прямо в мостик. Взрывом было убито и ранено несколько человек, полег весь орудийный расчет. Пламя охватило надстройку. Пылающий танкер дал течь, потерял управление и сел на мель. В этот критический момент на помощь «Агамали оглы» подоспели катера Каспийской флотилии, а также плавучие зенитные батареи «Меридиан» и «Полюс». Отстреливаясь из всех стволов, их экипажи одновременно начали борьбу за спасение танкера, растянувшуюся на трое суток. В результате аварийным партиям удалось потушить пожар, откачать воду из машинного отделения и запустить машины. Судно удалось спасти и увести на безопасное расстояние.

КАК «ЛАВРЕНТИЙ БЕРИЯ» СТАЛ «БОЛЬШЕВИКОМ АХУНДОВЫМ»

Тем временем немцы по 5 – 7 раз в сутки атаковали сормовские танкеры, производя бомбометание с небольшой высоты и с пикирования, не встречая при этом сильного сопротивления со стороны ПВО. Экипажи судов отбивались, как могли, ведя огонь из пушек и пулеметов. 30 октября собрат «Агамали оглы» по проекту 410 танкер «Коминтерн» шел по морскому каналу в сторону двенадцатифутового рейда. Когда судно проходило мимо Искусственного острова, навстречу ему показались три самолета. Увидев их, капитан танкера Рамиз Махмудов принял, как оказалось, роковое, но вынужденное решение резко переложить руль влево, одновременно увеличив обороты правого винта. Этот маневр позволил уклониться от попаданий, однако корабль вскоре сел на мель и застрял, тем самым превратившись в неподвижную мишень. В ходе последующей атаки судно получило прямое попадание, вспыхнули танки с нефтью, и «Коминтерн» полностью сгорел. Столб дыма в течение многих дней поднимался на несколько километров, выполняя роль своего рода маяка для других танкеров...

Всего с 26 по 31 октября 1942 года немцам удалось потопить на Каспии 15 судов, при этом сгорело и разлилось по Волге почти 15 тыс. тонн нефтепродуктов. Затем уже в середине ноября на Астраханском рейде четырьмя пикирующими бомбардировщиками Ju-88 был отправлен на дно танкер «Кулибеков» водоизмещением 1754 тонны. Среди погибших и выведенных из строя кораблей оказались и 2 танкера-гиганта. Однако остальные 9 уцелели и продолжали исправно доставлять бакинскую нефть в Астрахань не только в критический период Сталинградской битвы, но и до самого конца войны. Уцелевшие танкеры проекта 410, в том числе и восстановленный «Агамали оглы», находились в эксплуатации на разных морях до 1970-х годов. Правда, далеко не все из них сохранили свои оригинальные громкие имена. В годы хрущевской оттепели «Молотов» был переименован в «Азербайджан», «Сталин» в «Сумгаит», «Каганович» в «Герой Мехти», а «Лаврентий Берия» стал скромным «Большевиком Ахундовым».

Виктор МАЛЬЦЕВ

Запись опубликована в рубрике История. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *