Фактор слабой власти

Почему в нашем регионе такая слабая власть?
Теракты в Волгограде, а также ранее в других городах России, показали слабость и даже аморфность региональных и муниципальных властей. Дело дошло до того, что население не понимает: с кого спрашивать за безопасность, кто в целом отвечает за ситуацию в областях и городах? Едино население только в одном. В том, что власть на всех уровнях, пожалуй, кроме президентской, никакая. Так почему в нашем регионе такая слабая власть?

НЕ ВЕЗЕТ С ГУБЕРНАТОРАМИ
Во времена КПСС 1-ый секретарь обкома был и царь, и бог, и воинский начальник. На бюро обкома партии дисциплинированно являлись все спецслужбисты и, вытянувшись во фрунт, выслушивали указания партийного руководства.
В начале 90-ых годов секретарей обкомов и подконтрольных им председателей облисполкомов заменили главы администрации субъектов Федерации. Потом, когда демократия дошла до прямых выборов глав областей и республик, они стали называться губернаторами и президентами. Но в народе обращают решающее внимание в игре слов не на этот фактор. Население полагает, что сильные главы субъектов Федерации имеют право называться губернаторами, а слабые только главами администраций.
Так вот сейчас в Нижегородской области не губернатор, а глава администрации. И в Волгоградской области тоже. Какой спрос с них за террористические акты, если по законодательству, по указаниям сверху «силовики» дистанцированы от глав регионов?
Плюс к этому влияние глав регионов на «силовиков» ограничивается не только полномочными представителями президента в федеральных округах, но и окружными структурами прокуратуры, МВД, следственного комитета. В итоге, силовики оглядываются не столько на губернаторов, сколько на полпредов с их разветвленным аппаратом.  А это явно ослабляет власть главы региона. Все начинают интересоваться: а как у губернатора отношения с полпредом президента, и с кем из них политически выгоднее «дружить»?
Понятно, что у глав регионов есть некие рабочие отношения с «силовиками». Они имеют влияние на то, чтобы поменять того или иного «силовика», но практически не влияют на их назначение.
Более того, зачастую из Москвы присылают такого областного прокурора или начальника ГУВД, что те заведомо будут в напряженных отношениях с «гражданской властью». То же самое касается и руководителя УФСБ.
У НАС СЛАБОЕ МСУ
Еще сложнее ситуация для глав муниципальных образований. Раньше реально существовали «тройки»: глава района, начальник милиции (или районный прокурор) и председатель районного суда. Сейчас прокуроры районов и председатели районного суда предпочитают не обрастать связями с администрацией. Только местные милицейские начальники более тесно связаны с администрациями.
Слабым местом муниципальных властей является даже не связи с силовиками или их отсутствие, а бедность бюджета. У местных администраций, у глав МСУ просто нет возможностей выполнить многие «хотелки».
Головной боли муниципалитетам добавляет «двухголовая» система управления. Возьмем для примера Нижний Новгород. Главой МСУ областного центра является Олег Сорокин, которого считают масштабной фигурой, имеющей большой «золотой запас». Однако влияния Сорокина не хватает на то, чтобы полностью контролировать ситуацию в Нижнем Новгороде. Он, например, не в состоянии единолично, или даже консолидировав депутатов городской думы, сместить главу администрации города Олега Кондрашова.
При всей личной влиятельности Сорокина, он не подписывает документы. Это делает глава администрации Нижнего Новгорода Олег Кондрашов. Поэтому часть депутатов гордумы, вроде бы подконтрольной Сорокину, неизбежно сориентирована на администрацию и ее руководителя, который способен помочь тем или иным депутатам в бизнесе.
В районах ситуация тоже непростая для муниципальных властей. До некоторых пор, когда существовала система прямых выборов глав, их фамилии были известны практически каждому жителю района. Все знали к кому надо идти решать вопросы.
Сейчас многие люди не понимают, кто все решает в том или ином районе. Где-то главный глава МСУ района, где-то главный глава администрации, а глава МСУ там вообще может работать на неосвобожденной основе. Последнее характерно даже для крупных районов, единых городских округов. Например, в Городецком и Борском районах главы МСУ – это формальные фигуры, главная задача которых не мешать администрации работать.
У НАС СЛАБЫЕ ДЕПУТАТЫ
Итак, исполнительная власть на областном уровне и на муниципальном уровне слабая. Причем этот трэнд очевиден. Чем дальше, тем больше слабость регионов. Еще 13-14 лет назад даже президент опасался губернаторской вольницы. Главы регионов по должности входили в Совет Федерации и могли политически блокировать те или иные шаги главы государства Российского. Губернаторы давали согласие на назначение и отставку Генерального прокурора. И тут были всякие ситуации, например, с Юрием Скуратовым.
Казалось бы, в этой ситуации слабости исполнительной власти могла бы проявить себя законодательная (представительная) ветвь власти. Ведь депутаты разных уровней согласовывают кандидатуры глав регионов, избирают глав МСУ, назначают глав администраций муниципальных образований. Однако и представительная власть не является сильной. Дело в том, как комплектуется депутатский корпус.
На уровне муниципалитетов это либо бюджетники, подконтрольные администрациям, либо бизнесмены, которые в интересах своих коммерческих предприятий связаны с исполнительной властью.
В отдельных муниципалитетах бизнес-группы поднимают бунт в Земских собраниях против администрации, но чаще всего после смены власти все успокаивается, но мало что меняется для населения. Одна бизнес-группировка встает на место другой, а суть власти остается неизменной.
Силовые структуры на местах вообще оказались в сложном положении. Если раньше они ориентировались только на «первое лицо» на данной территории, то сейчас ищут баланс интересов сразу нескольких политических сил.
У НАС СЛАБЫЕ ПОЛПРЕДЫ
Силовые структуры в российских условиях являются реальным фактором только при наличии политической воли. Когда им ставятся задачи, а потом контролируется их исполнение. Сейчас такой системы нет. Вертикаль силовых структур, конечно, работает. Но «наверху» не всегда знают ситуацию «внизу». Поэтому команды до регионов, до муниципалитетов доходят, но выполняются в искаженном виде, а то и с точностью до наоборот.
Несколько слов отдельно о полпредстве президента в федеральных округах. «Министерства со звездочкой» (ФСБ, МВД, СУ) напрямую подчиняются президенту. Инструментом управления силовиками является и Администрация Президента. А полпредства президента в федеральных округах во многом оказались не встроены во взаимодействие с силовыми структурами.
Их полномочия четко не прописаны, размазаны. Они зачастую конкурируют за влияние с губернаторами, ослабляют их. Но сами при этом остаются тоже в целом слабыми.
У НАС СПЛОШНАЯ СЛАБОСТЬ
Мы срисовали политическую систему с США и Европы, передав власть богатой прослойке общества. При этом, в отличие от западных демократий, у нас не создан «политический класс», который ориентируется на интересы избирателей, на так называемое общественное мнение.
В особенности это касается представительной ветви власти. Поэтому у нас слабые парламенты – от Государственной Думы до Земских собраний, а у них сильные.
Примерно такая же ситуация с судебной властью. Вроде бы делаются шаги по формированию независимых судов. Но на практике они являются частью властной системы, которая явно или неявно противостоит обществу. Конечно, сейчас нет войны между властью и народом, но  мира и дружбы тоже нет. Отсюда еще один довод в обоснование слабой власти, которая не опирается на население как таковое.
В итоге, у нас сильный президент, а все остальные слабые – правительство РФ, Госдума, губернаторы, полпреды и т.д., а также силовики. И с кого в этой ситуации спрашивать за теракты, катастрофы и аварии?
Виктор ДЕМЕНЕВ

Запись опубликована в рубрике Страсти по власти. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

2 комментария: Фактор слабой власти

  1. ЖАН говорит:

    «При всей личной влиятельности Сорокина, он не подписывает документы. Это делает глава администрации Нижнего Новгорода Олег Кондрашов. Поэтому часть депутатов гордумы, вроде бы подконтрольной Сорокину, неизбежно сориентирована на администрацию и ее руководителя, который способен помочь тем или иным депутатам в бизнесе». Так обстоит дело де-факто, но отнюдь не де-юре. Юридически Сорокин и депутаты могут запросто сместить Главу администрации города господина Кондрашова. Для этого им надо просто поднять вопрос о том, почему господин Кондрашов в нарушении Устава города не отчитывается ежегодно перед депутатами. Дальше в зависимости от того, что скажет Кондрашов, могут быть два варианта действий. Если он откажется отчитываться — дело передается в суд и его отстраняют по суду за неисполнение обязанностей. Если же он решит отчитаться задним числом — поставить ему три двойки за 2011—2013 годы и снова передать дело в суд для оформления снятия с занимаемой должности. Теперь по поводу того, что депутаты бегают к Кондрашову, чтобы решить свои личные «хотелки». Опять же это происходит от того, что депутаты не желают по-настоящему пользоваться своими правами. А права у них такие, что они могут пересмотреть принятое ими ранее решение о передаче городской Администрации полномочий по разработке различных регламентов. Забрав эти полномочия себе (пусть не во всех, но в коррупционно емких областях) они смогут выдать Администрации такие регламенты, при которых та взвоет и на коленях будет умолять о «пощаде». Тогда не депутаты будут бегать к чиновникам, а наоборот. И депутаты запросто будут решать любые свои «хотелки». Но! Для того, чтобы эти права, данные депутатам законом, воплотить в жизнь — надо РАБОТАТЬ! А депутаты работать по-настоящему не желают. Как иначе объяснить, что они с удовольствием проголосовали за то, чтобы передать разработку всех регламентов чиновникам администрации? Объяснение простое — разрабатывать регламенты — дело сложное. Здесь нужны и мозги и, извините крепкая задница. Вторая — для того, чтобы часами изучать действующие законы и действующие федеральные регламенты. Этого делать не хочется. Проще отдать все на откуп чиновникам и трава не расти! Что говорить, если при постоянном ворчании на ежегодные проекты бюджетов за 2011, 2012, 2013 годы весь депутатский корпус лишь 1 раз предложил реальную поправку в проект бюджета, разработанный городской администрацией. Я подчеркиваю слово РЕАЛЬНАЯ, поскольку поправка должна исчерпывающе описывать не только то на какие статьи требуется иное количество средств и почему это нужно, но и то, с каких статей проекта бюджета эти средства можно снять и почему такое возможно. Так вот единственный раз такую РЕАЛЬНУЮ поправку подготовил депутат Волков. Другие депутаты были, видимо, настолько удивлены активностью коллеги, что трижды проголосовали «ЗА» поправку (на комиссиях, на общенародном обсуждении проекта бюджета, и на предпленарном заседании). Но затем услышав гневный окрик партии власти, «исправились», отказавшись даже заслушивать депутата Волкова на пленарном заседании думы, принимавшем бюджет. С такими «активными» депутатами чиновникам и впредь будет жить вольготно. В этом смысле автор статьи — Виктор деменев абсолютно прав.

  2. Александр говорит:

    Чушь!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *