Опера сгубила водка

Шутку о том, что «Родине нужны герои, а … рожает дураков», наглядно подтвердил закончившийся наконец-то судебный процесс над бывшим опером угро Московского района Сергеем Кузьменковым.

Судили его по «авторитетной» среди копов статье за превышение служебных полномочий. Авторитетной она считается потому, что «залетают» под нее в большинстве своем фанаты полицейской службы, которые обходят написанные всякими даунами от юриспруденции законы и постановления. Но не себе во благо, а дабы очередного упыря, которому нельзя среди людей находиться, за решетку упрятать. Но эта патетика — не о нашем случае. Тут все веселее было.

Товарищ оперуполномоченный изволил кушать водочку в одном из кафе на «земле» своего же околотка. То бишь в том же Московском районе. В компании с ранее судимым аборигеном Павлом Гурьяновым. Что, в принципе, неудивительно, ведь работал Сергей в угро, а тамошние опера по долгу службы с кем только не общаются. Посидели душевно. Кое-как Кузьменков добрался до дома, а утром понял, что чего-то не хватает. Не хватало барсетки. Лежавших в ней денег аккурат бы хватило на так необходимую сейчас бутылочку пива. Но фиг бы с ними. В барсетке лежало милицейское удостоверение. Утеря коего автоматически означает строгий выговор и шуточки коллег в курилке.
Нам неведомо, чем руководствовался похмельный сыщик, но он решил, что барсетку его помылил тот самый Паша Гурьянов. Ну, идет, значит, разобиженный опер к нему в адрес, выдергивает ничего не понимающего мужичка из теплой постельки и волочёт на службу. Там начинает «колоть» по принципу «Верни ксиву, гад, я все прощу!».Паша не колется почему-то. Он вообще не понимает, чего от него давешний собутыльник хочет. Чем окончательно расшатывает и так никчёмное с утра душевное равновесие сыщика. Тот начинает бить Гурьянова и всячески его пытать. Затем отправляет в камеру, пообещав навесить на бессовестного жулика все висяки за текущую пятилетку.
Не знаю, чем бы закончилось все это похмельное мракобесие, но в дежурку позвонили из того самого кафе. И поинтересовались: а не у них ли в оперуполномоченных состоит мсье Кузьменков, чью барсетку с удостоверением случайным образом обнаружила их уборщица? В общем, създил Сергей под смешки товарищей за имуществом. Вернувшись, выпустил протрезвевшего в камере Гурьянова. Очень просил простить его и зла не помнить. Но тот после профилактического мордобоя и сидения в камере оказался недоговороспособен. И пошел сначала в травмпункт, а потом в прокуратуру.
Суд отнесся к бывшему сыщику, а теперь просто гражданину Кузьменкову довольно сурово. Три с половиной года лишения свободы. Плюс 30 тысяч рублей в виде компенсации Гурьянову за лечение и моральные страдания. Плюс, после выхода с зоны, запрет работать в правоохранительных органах в течение трех лет.
Последний пункт умилил особо. Во-первых, судимых у нас и так в полицию не берут. Во-вторых, в розыск Кузьменкова нельзя брать ни через три года, ни через десять. Ведь где нашлись его вещи? В кабаке. Что первым делом при расследовании преступления делают сыщики? Осматривают место происшествия. Из этих двух вопросов-ответов и можно сделать однозначный вывод о профпригодности Кузьменкова.
Александр КОБЕЗСКИЙ

Запись опубликована в рубрике Криминальные нравы. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *