«Слепой развратный старик сдал Москву»

25 марта 1811 года Александр I писал в письме Наполеону: «Величайший военный гений, который я признаю за Вашим Величеством, не оставляет мне никаких иллюзий относительно трудностей борьбы, которая может возникнуть между нами»

«ВСЕ ПОЗДРАВЛЯЛИ ДРУГ ДРУГА С ПОБЕДОЙ, ОБНИМАЛИСЬ, ЛОБЫЗАЛИСЬ…»
Михаил Илларионович Кутузов был самым старшим из всех находившихся на службе генералов, расцвет его карьеры пришелся еще на эпоху Суворова, а это конец XVIII века! Его боевой опыт исчислялся в полвека, а чин генерала будущий одноглазый фельдмаршал получил еще в 1784 году, когда Наполеон был лейтенантом. Став главнокомандующим русской армии, Кутузов пообещал царю «скорее лечь костьми, чем допустить неприятеля к Москве». Однако клятву сию, как известно, не выполнил, причем в обоих ее условиях. То есть и Москву сдал, и костьми не лег…
Бородинская битва 26 августа по старому стилю (7 сентября) 1812 года — единственный в истории войн пример генерального сражения, исход которого и та и другая сторона сразу же объявили и поныне празднуют как свою победу, имея на то основания. Однако фактические данные все же говорят о победе Наполеона и разгроме Кутузова. Французы уступали русским численно (134 тыс. человек и 587 орудий против 155 тыс. человек и 640 орудий). Весь ход сражения складывался в пользу неприятеля. На всех направлениях атаки (Шевардинский редут, батарея Раевского, Багратионовы флеши и т.д.) Наполеон умело создавал численное превосходство, заставляя наших отражать атаки вдвое и втрое превосходящих сил. К концу боя французы заняли все основные русские позиции, включая опорную Курганную высоту в центре поля. В итоге, «играя в меньшинстве», наполеоновская армия, по данным архива военного министерства Франции, потеряла 28 тыс. человек, в то время как кутузовская – свыше 45 тыс. Русские ввели в бой все последние резервы, французы же оставили свою закаленную в боях гвардию в неприкосновенности.
Когда Кутузов понял, что проиграл, он решил не просто оставить Москву, но и сжечь ее, дабы «ничего не досталось злодею». Три четверти города, а это 6532 строения, в том числе дворцы, храмы, библиотеки, были объяты пламенем. «Что за люди! — восклицал Наполеон, увидев пожарище. – Это скифы! Чтобы причинить мне временное зло, они разрушают созидание веков!» Вместе с Москвой сгорели и 22 тысячи раненых, брошенных Кутузовым на произвол судьбы. 16 сентября французская армия заняла город. Фактически, кампания против России была выиграна, ведь главной целью похода была именно Москва.
Тут надо отметить, что вопреки распространенному мнению у Наполеона не было цели завоевать и покорить нашу страну. И уж тем более это не являлось главной мечтой его жизни. Еще в 1807 году, подписав с Александром I
Тильзитский мир, французский император сделал ставку на союз с Россией ради борьбы со своим главным и непримиримым врагом – Англией. Как и в 1939 – 1940 годах после пакта Молотова – Риббентропа, два великих монарха фактически заключили договор о разделе Европы. Воспользовавшись этим, в 1807 – 1809 годах Россия присоединила к себе Бессарабию и Финляндию, значительно расширив свои владения. Однако главное требование договора – отказ от торговых и других отношений с Англией – русское руководство проигнорировало. Да еще и втайне само стало готовиться к нападению на Францию. Это и вынудило Наполеона нанести превентивный удар, который привел его на Бородинское поле…
Потерпев поражение, хитрый Илларионыч послал Александру I обтекаемое донесение, в котором указал, что «неприятель не выиграл ни на шаг земли с превосходными своими силами». В Петербурге это восприняли как весть о победе. Очевидцы свидетельствовали: «Весь город высыпал на улицы… Все поздравляли друг друга с победою, обнимались, лобызались». Император разделил радость подданных на «благодарственном молебствии с коленопреклонением». В этот же день Александр пожаловал Кутузову за «Бородинскую победу» звание фельдмаршала и премию в 100 тыс. рублей.
Тем большим потрясением, по словам историка Н.А. Троицкого, стала для царя полученная 21 сентября весть о том, что «победоносный Кутузов… сдал побежденному Наполеону Москву». После этого молодой император, по свидетельству очевидцев, за одну ночь стал седым…
АРАКЧЕЕВ НА КОЛЕНЯХ УМОЛЯЛ АЛЕКСАНДРА I СДАТЬСЯ
Падение Москвы было воспринято в России как страшный позор. В руководстве страны и среди дворянства стали распространяться пораженческие настроения. По воспоминаниям госсекретаря А.С. Шишкова, в Петербурге «все были в крайней тревоге, собирались и укладывались уехать, неизвестно куды». Дворяне и чиновники держали наготове лошадей и крытые лодки, которыми были запружены все каналы. Готовились к эвакуации Сенат, Синод и другие учреждения. Люди открыто ругали Кутузова как «слепого и развратного старика». Многие убеждали Александра I немедленно подписать капитуляцию, а кое-кто, вроде графа Аракчеева, канц-лера империи Н.П. Румянцева и министра полиции А.Д. Балашова, буквально умоляли об этом, ползая перед императором на коленях.
Однако Наполеон, находившийся в Москве на пике своего могущества и славы, был невротиком, который, в порыве самолюбования собственным величием, в итоге сам предопределил свое поражение. Впоследствии такие авторитеты, как английский фельдмаршал Веллингтон и русский партизан Денис Давыдов, считали, что, уйди «покоритель мира» из старой русской столицы хотя бы двумя неделями раньше, его поход мог бы стать величайшим триумфом. Однако «величайший полководец всех времен и народов» попросту впал в экстаз. Расхаживая по Кремлю, он повторял: «Я гений! Я сокрушу весь мир!» Попутно Наполеон, вместо того чтобы продолжать действовать, ожидал делегации из Питера с мирным договором. Ему даже в голову не могло прийти, что Александр I, как сейчас говорят, отправит величайшего завоевателя на далекую «звезду». Причем не в силу какого-то хитроумного и коварного замысла, а попросту из-за начавшейся после Бородина депрессии. Царь впал в апатию, перестал бриться и целыми днями читал Библию, отвечая цитатами из нее на все пораженческие возгласы своих подчиненных…
В результате победоносная французская армия без толку просидела в Москве до 21 октября. Наполеон на волне триумфа забыл, что находится не во Франции и даже не в Польше, а в России. И тем самым загнал себя в ловушку. Теплое время года здесь короткое, а еды мало. Не имея возможности разгромить французов в открытом сражении, русские перешли к традиционным партизанским действиям и набегам. В итоге, истощив все привезенные запасы, Наполеон побежал обратно. А его армия, непривычная к суровому климату, стала стремительно разлагаться. К декабрю обычным явлением стало, что еще вчера цивилизованные французы «жарили на костре и ели трупы своих товарищей»…
С КРАСНЫМ ОЛЕНЕМ НА ЗНАМЕНАХ
Нижний Новгород также внес определенный вклад в победу над Наполеоном. После падения Москвы в город были эвакуированы многие московские правительственные учреждения, а также Оружейная палата, Московский университет и т.д. Осенью 1812 года в Нижнем началось формирование народного ополчения. Правда, не стихийно, по «инициативе снизу», как во времена Смуты, а по царскому указу. В народную армию добровольно записывались представители самых разных сословий: дворяне, мещане, крестьяне и ремесленники. Всего было набрано 13 тысяч ратников, которых объединили в 5 пеших полков, один конный полк и артиллерийскую команду. Оружия для добровольцев не хватало, посему ополченцы-пехотинцы вооружались пиками и лишь частично ружьями, а кавалеристы – пиками и лишь иногда саблями. Командирами полков были назначены имевшие военный опыт нижегородские отставные офицеры, такие, как статский советник Павел Козлов, полковник Яков Каратаев, полковник Федор Ралль и другие.
В начале декабря нижегородское ополчение под командованием генерала Н.С. Муромцева отправилось в путь. На знаменах полков были изображены олень, крест и корона красного цвета. Как рассказывали очевидцы: «Нижегородское ополчение выступило вчера из города. Сначала ратники собрались на богослужение в кафедральном соборе, где молебен в честь ополченцев снискал всеобщее восхищение… Под звонкую музыку начали они марш свой. Пред войском несли все иконы кафедрального собора. Затем следовало процессией наиболее именитое городское духовенство во главе с самим архиереем. Затем несли знамя, за коим, наконец, следовало войско. Вид был торжественный и трогательный, многие плакали».
Однако поучаствовать в изгнании Наполеона из России нижегородские ополченцы не успели. Их боевое крещение состоялось только в сентябре 1813 года в Силезии. В следующем месяце нижегородцы участвовали в кровопролитном многодневном сражении за Дрезден, где размещался хорошо оснащенный сильный корпус французского маршала Сен-Сира. Уцелевшие ратники потом дошли до самой Франции.
Интересен также факт, что некоторое время в нашем регионе содержались французские военнопленные. Известно, что в феврале 1813 года в губернии сидели 1 генерал, 10 обер-офицеров и 740 нижних чинов шестнадцати национальностей.

Виктор МАЛЬЦЕВ

Запись опубликована в рубрике История. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *