Воры земли нижегородской

Нижний Новгород всегда считался «красным» городом. Воровская власть в нем существовала большей частью номинально — в советские времена. В разгульные 90-е на пару-тройку лет все поменялось: «законники» попытались всерьез влиять на экономику и даже политику региона. Но «беспредельный нижегородский РУБОП» быстро привел их к нужному знаменателю. А за последние 12-15 лет местная воровская элита и вовсе впала в ничтожество, пользуясь авторитетом в очень узких кругах бизнесменов и профессиональных преступников.

«Польская война»
В глубину давно минувших веков заглядывать не станем — для описания нравов тогдашних лихих людей и жиганов времен Гражданской войны и НЭПа нужно монографию томах в пяти ваять. Начнем со времен послевоенных. Тем более что именно на 45-55 гг. выпадают довольно интересные события, с которых наш город и начал считаться в воровском мире бывшего СССР «красным». Как и сейчас, тогда в Нижегородской области, особенно на ее таежном севере, было предостаточно исправительно-трудовых лагерей. Содержались в них и обычные уголовники, и антисоветчики, в том числе репрессированные офицеры и служащие РККА и органов госбезопасности. В самый тяжелый, первый год войны нижегородским зекам, как и другим «чернобушлатникам» во всем СССР, предложили идти на фронт и, защищая Родину, искупить кровью свою реальную или мнимую вину перед ней. Соглашались, конечно, далеко не все. Воевать ушел только каждый десятый. Даже «политические», вопреки сюжетам появившихся в последнее время художественных и псевдо-документальных произведений, не очень рвались на фронт: кто-то считал, что в лагере куда безопасней, чем в окопах; у других превозобладала обида на советскую власть, защищать которую они не хотели; некоторые и вовсе надеялись на приход немцев, которые их якобы освободят.
Когда отгремели бои и победные салюты, поредевшее зековское воинство вернулось на родную землю. Кто-то, в основном бывшие «политические», вернулся к мирной жизни. А урки? А урки, несмотря на полученное «отпущение грехов», занялись тем, что умели, — воровством, разбоем и прочим. Местный уголовный мир, который во время и после войны никуда не делся, их не принял. Ибо, «по понятиям», вор «стремящийся» или блатной не имеет права служить государству, тем более с оружием в руках. В городе и области начались стычки между «правильными» ворами и «польскими» (так называли жуликов, вернувшихся с фронтов; как правило, свою службу они заканчивали в Польше, оттого и «польские»). Понятно, что и конфликт получил название «польская война». По сути, он был частью общесоюзной «сучьей войны». В ней «польские воры» в большинстве республик и регионов потерпели поражение. Но не в Нижегородской области. Здесь закаленные в боях, привычные к жесткой дисциплине вояки буквально вырезали под корень слабоорганизованные и враждующие между собой банды «правильных» уголовников. Причем происходило это фактически при попустительстве органов госбезопасности и внутренних дел. Которые, в свою очередь, к началу 60-х изничтожили и наиболее «отвязных» «польских воров». Те, кто остался, и стали родоночальниками воровских элит 60-80-х годов
Эпоха «цеховиков»
Годы застоя и «развитого социализма» как в общественной, так и в воровской жизни ознаменовались отсутствием из ряда вон выходящих катаклизмов, размеренным течением бытия и уверенностью в незыблемости установившегося миропорядка. Объясняется это тем, что организованная преступность активно включилась в подпольную экономическую жизнь страны. Ведь это были годы зарождения и расцвета так называемых «цеховиков». Новоявленные барыги, по сути дела, стояли вне закона. Милиция и госбезопасность «крышевать» их не то что не додумались, а просто мыслей таких не допускали. Потому что любой офицер или генерал, попытайся он тогда внедрить столь новаторские методы работы, сразу бы поехал валить тайгу от обеда и до океана (и это если б ему лоб зеленкой не намазали). И «крышевать» тогдашних коммерсов стали воры. Правда, какое-то время делали это «по беспределу». То есть «стригли» «клиента» под ноль. «Цеховик», ограбленный людьми одного вора, обращался за защитой к другому. И начиналась война. В конце концов этот бардак всем надоел, и в 1974-м году в Ростове прошла всесоюзная сходка воров. От горьковской братвы на ней присутствовали Рома Малой и Юра Техник. Коронованные жулики установили для всех барыг Союза единую таксу — 10% от дохода. Если кто-то из воров попытается брать больше, объявлять его «гадом», что равносильно смертному приговору. Не менее сурово карались «цеховики», попытавшиеся занизить свой доход: на первый раз — серьезный денежный штраф, во второй —
отъем всего «бизнеса» и имущества, в третий (если не пропала еще охота подпольно зашибать деньгу) — смерть. Что интересно, присутствовавший на сходняке Рома Малой через три года был найден в неживом виде у одного из озер Щелоковского хутора. Кто-то перерезал ему горло опасной бритвой от уха до уха и выбросил в сточную канаву у озера. То убийство так и не было раскрыто. Но, по сообщениям милицейской агентуры, Малой был так наказан именно за отступление от «программных положений» ростовского схода. Якобы он слишком много забирал денег у некоего автозаводского «цеховика», специализировавшегося на изготовлении контрафактных автозапчастей.
Когда случились вдруг Горбачев и перестройка с легализацией спекулянтов в кооператоры, старые договоренности воров в Ростове сами собой потеряли свою силу. Вчерашние барыги оказались под защитой закона. И та же милиция начала потихоньку надкусывать сладкий плод коррупции. Кооператорам, разумеется, было выгоднее платить тем же операм районных околотков — те были еще неизбалованными и просили за свои труды на порядок меньше, да и возможностей по защите бизнеса у них было гораздо больше. Конечно, воровским кланам это не понравилось, и по всей стране ночами заполыхали кооперативные киоски, кафе и производства. Но, опять же, не в Нижнем Новгороде. Здесь милицейская власть была крепка: сказывались традиции закрытого города.
Спокойно, это РУБОП!
90-е годы в Нижегородской области стали, пожалуй, самыми «беспредельными» за минувшее столетие. Вернее, попытались стать. И поначалу довольно успешно. Количество воров, местных и приезжих, росло буквально из месяца в месяц. Дуба, Семерик, Лось, Китаец, Камо, Гамлет, Гера Горький, Белобрысый, Новик, Вагон. Это только «основные». Было еще множество «сухарей» — блатных, называвших себя «ворами в законе», но получивших этот титул при неизвестных воровской общественности обстоятельствах. Плюс понаехало из бывших советских республик и с российских югов вообще немерянное количество «апельсинов», то есть джигитов, попросту купивших себе высокий криминальный титул, ни разу не сидевших, не ботающих по фене, зачастую даже слабо представляющих себе обычаи и иерархию уголовного мира. Что еще лет десять назад было дикостью («сухарей» и «апельсинов» просто сразу бы поставили на ножи), стало нормой в сходящей с ума стране.
В результате переизбытка в городе воров и воришек вкусных кусков всем стало не хватать. За них стали биться со страшной силой. Уже посреди бела дня загремели в городских кварталах автоматные очереди, хлопали снайперские выстрелы, даже из гранатометов стреляли, было дело. Но все-таки общероссийское воровское товарищество, хоть и с изрядно пошатнувшимся влиянием, сохранилось. И даже его терпению настал конец, когда выстрелом неизвестного снайпера был убит брат авторитетного нижегородского вора Камо Сафаряна, вышедший покурить на балкон. По поводу беспредела в Нижнем Новгороде был собран специальный сходняк, который и порешил отправить сюда из столицы для наведения порядка вора по кличке Белобрысый. В обязанности ему вменялось примирить «коренных» воров, изгнать пришлых и загнать в стойло бригады распоясавшихся беспредельщиков. Белобрысый честно попробовал оправдать «высокое доверие». Но не очень-то получилось. После первых попыток взять буйных нижегородцев в ежовые рукавицы в Белобрысого стреляли, потом пытались взорвать. Как бы намекали, чтоб не выпрыгивал из штанов. Московский вор намеки понял и резко сбавил обороты. Теперь он больше делал вид, что старается упорядочить криминальную жизнь Нижнего Новгорода, чем действительно что-то предпринимал. Устраивало это всех: самого Белобрысого (жив-здоров, показным уважением пользуется), нижегородских воров и братков (никто не мешает стрелять друг в друга, деля сферы влияния), московских воров (их ставленник в Нижнем Новгороде вроде как порядок наводит, а что не очень получается, так ситуация сложная).
В конце концов на сцене появился неожиданный игрок. Звался он — РУБОП. В отличие от московского эмиссара Белобрысого, парни из этой конторы не боялись ни бога, ни черта, ни какую-то там братву. Имя генерала Кладницкого стало легендой в устах братков. Опера из Качаловского отдела не утруждали себя писанием бумажек и зачитыванием задержанным их прав. Среди запуганных нижегородских бандюков ходили слухи, что «эти звери имеют негласный приказ на отстрел тех, кто просто не успел поднять руки».
Показателен случай с попыткой приезда в Нижний Новгород одного 18-летнего «апельсина» с Кавказа. Его просто бросили мордашкой в асфальт, едва он пересек пределы области, и изрядно попинали. Когда он попробовал возмущаться и интересоваться, что он нарушил, один офицер СОБРа бросил ставшую в РУБОПе поговоркой фразу: «Ты закон нарушил тем, что родился, г…н!» В конце концов «апельсин» расплакался и стал просить позвонить его папе, чтобы тот приехал и забрал его из холодной и вонючей камеры. Его просьбу рубоповцы выполнили, и уже через несколько дней папаша увозил свое присмиревшее чадо из этих страшных мест и от этих страшных людей.
Скоро этому примеру последовало большинство нижегородских воров и авторитетов. Те, кто не уехал на кладбища, спешно свалили, куда позволили средства: кто в другие города страны, кто и вовсе за ее пределы.
Остались только те, кому позволил это сделать РУБОП. Точнее, самые ушлые и дальновидные воры, которые успели крепко завязаться с политическими или бизнес-элитами. Яркий тому пример — «законник» Дуба, в миру Полубинский Сергей Владимирович. Он не только «крышевал» известный не так давно в городе ликеро-водочный завод «РООМ», но и на правах партнера вел бизнес с его владельцем, бывшим депутатом ОЗС и Государственной думы, ныне помощником полпреда Президента РФ в ПФО Романом Антоновым.
Такие вот невеселые дела…

Александр Кобезский

(Продолжение следует)

Запись опубликована в рубрике Криминальные нравы. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

7 комментариев: Воры земли нижегородской

  1. Игорь говорит:

    Статья отстойная,а писал либо дилетант,либо провокатор.Геннадий Заранко за свою выходку жизнью заплатил-не слишком ли дорогая цена,Игорь Лосев никогда вором в законе не был,да смерть ужасная-его пытали и мне его очень жаль,он был далеко не плохим парнем.Владислав Лионтьев (Белобрысый) никогда москвичом не был...Не буду вдаваться в дальнейшие подробности,но скажу-статья процентов на 70 вымысел,писали с чужого голоса.Я никого не защищаю,но если пишите так хотя бы не вводите в заблуждение,а пишите достоверные факты.

  2. Бывший опер говорит:

    Было дело, банды брали,

    И в конторе день и ночь,

    Мы признанье добывали,

    Чтобы людям нам помочь.

    Перестрелки и погони,

    И засады до утра,

    Но работе были рады

    Старой школы опера.

    Многие «воры в законе»

    Отбывали срок на зоне,

    На свободе гулял вор,

    Кто действительно хитер.

    «Заказные» раскрывали,

    Часто в городе стреляли,

    Но,"бандитский" наш отдел,

    За порядком все ж смотрел.

    Террористов и шпионов,

    Отдавали в ФСБ,

    Много нечисти попало

    В наши сети на земле.

    Был РУБОП, да канул в лету,

    И ушли все опера,

    И про все, что мы свершили,

    Не расскажешь до утра.

    16.02.15.

  3. Александр говорит:

    был такой не вор но человек авторететный Зарянка Парфирович так тот Московских воров приехавших порядок тогда еще Горький навести приговарил и исполнил.

  4. Александр говорит:

    Качаловский отдел было такое подразделение у Иван Иваныча.

    Но баялись жулики больше не Кладницкого , а Мерясова. Китаиц после каронации прожил 5 месяцев.

    Предполагаю писатель из РУОПА, а не насшибал. уж больно некоторая информация была недоступна.

  5. Вася говорит:

    Уважаемый, что это за Качаловсий район??

    Канавинский район есть, а вот про что ты пишешь... хз

    Киатец, так вообще из 2000 тысячных... хз откуда ты это все насшибал.

    • Галина говорит:

      Василий, повнимательнее нужно быть. Качаловский отдел, а не район. Китаец -это вор, Николай Батурин, который был убит в 1993 году. В «2000 тысячных» такого вора не было.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *