Сбербанк: разрушение изнутри (или почему рыба гниет с головы?)

 

О конфликте «Волго-Вятский банк Сбербанка РФ против предпринимателя Андрея Городнова» мы уже в подробностях знаем, даже начинает вырисовываться картина, где правда, а где фальсификация и ложь, тем более уже не секрет, что опубликовано официальное опровержение на ранее опубликованную заказную статью от  Сбербанка и принесены официальные извинения Андрею Городнову. Но что мы, по большому счету, знаем о работе, мотивах действий Сбербанка? Что определяется там председателем правления Кудрявцевой, а что «системой»? По сути, если не считать имиджевых статей, появляющихся время от времени в нижегородских СМИ, о Волго-Вятском банке Сбербанка РФ у нас нет реальной информации. Мы и не представляем, что там происходит. При той роли, которую СБ РФ должен играть в экономике России или Нижегородской области, это по меньшей мере нелогично

Нет решений, есть отношения

Едва ли не каждый житель нашей страны интуитивно понимает, что Сбербанк находится на особом положении. Другое дело, что далеко не все могут это четко и ясно сформулировать. Особое положение Волго-Вятского банка Сбербанка РФ в Нижегородской области определяется тем, что он, пожалуй, единственный банк, который может выдать кредит заемщику больше одного миллиарда рублей. Это эксклюзивный кредитор для крупных заемщиков. При том, что система управления и принятия решений в Волго-Вятке странным образом снова возвращается к эпохе совковых сберкасс. Налицо явное противоречие между внешним лоском и внутренней дремучестью и неэффективностью управления. Ненависть к собственным сотрудникам ведет к потере производительности.
Понятно, что никто в этой ситуации не собирается рушить Сбербанк или даже декларативно объявлять ему «войну до победного конца». Другое дело, что только топ-менеджеры Волго-Вятского Сбербанка могут сами рушить его изнутри. И в Волго-Вятском банке Сбербанка РФ мы это, в том числе и на многочисленных примерах, наблюдаем.
В США распространено такое выражение: «Слишком большой, чтобы упасть». Это в полной мере относится и к Сбербанку. Но у «больших ребят» есть и слабое место. Зачастую там размыт «центр принятия решений». А во главе угла – инструкции  регулятора, то есть Центрального банка. И вот мы видим «на Олимпе» г-жу Кудрявцеву, которая, будучи председателем правления Волго-Вятского банка Сбербанка РФ, «надувает щеки». Мол, она принимает решения, а на самом деле в нестандартных ситуациях, для которых нет отдельной, подробной инструкции, решений в этом банке не принимает никто.
А раз так, то многочисленные возникающие конфликты с давними клиентами, аналогичные конфликту с предпринимателем Андреем Городновым, никто не хочет разрулить, поскольку это требует определенной меры ответственности и управленческой компетенции, которой в правлении Волго-Вятского банка пока не наблюдается. Видимо, как в средневековье: гораздо легче предпринимателей предать анафеме, обвиняя, их в различных грехах. Главное — не признавать, что Земля крутится вокруг Солнца, а Сбербанк зарабатывает свою прибыль на предпринимателях. Зачем убивать курицу, которая несет золотые яйца?
По оценкам некоторых экспертов, у Сбербанка намного больше проблемных кредитных историй, чем у других банков. И это не «эффект масштаба». Это последствия того, что нет центра принятия решений. А председатель правления Кудрявцева и многочисленные члены правления того же Волго-Вятского Сбербанка просто зиц-председатели, для «надувания щек» и придания видимости и важности моменту, причем «клоунская функция» выполняется за очень приличные гонорары. Больше всего это чувствуют на себе рядовые сотрудники банка — всю ложь и цинизм ситуации.
Профессионализм и альтернативное мнение — это не поощряется в банке. В основном внутри Волго-Вятского банка Сбербанка РФ все строится на принципе «Чего изволите, госпожа Кудрявцева?», даже если решение и действие носит разрушительный характер.Это уже плохой сигнал. Для банка и его сотрудников в первую очередь, а рикошетом это бьет и по клиентам.
По нашей информации, за последние два года несколько зампредов правления банка уже покинули свои посты при Кудрявцевой. Причем это очень сильные, профессиональные специалисты. В целом в кадровой политике взят курс на увольнение тех специалистов, которые являются профессионалами с собственным мнением, имеющими мужество его высказывать для пользы дела. А те, кто угодливо голосует всегда «за» предложения (сколь бы абсурдными они ни были) начальства, чувствуют себя комфортно. Пример – «уход» одного из зампредов, который на заседании правления посмел критично оценить некоторые подходы Кудрявцевой.
Внутри банка уже формируется точка зрения, что от нынешнего руководства впору защищать коллектив. Ходят слухи, что дела в банке идут не очень хорошо. Предпринимаются меры, чтобы «залакировать» ситуацию. И людям прямо говорят – это нужно руководству, но крайними останетесь вы. Якобы при невыполнении планов, которое влияет на получение бонусов топ-менеджерами, идут на разные комбинации. И кто тут подставляется? Точно не «топы».

«Народный банк» против народа?

Вернемся к актуальной теме «банк — клиент». В упрощенной форме отношения складываются так, что ранее обласканные банкирами «лучшие клиенты, VIPы», вдруг порой оказываются в роли быдла. Когда банку нужно увеличивать свой кредитный портфель, за кредитоспособными клиентами, которых не так уж и много, чуть ли не бегают. Звонят и предлагают кредиты. В том числе и для выполнения собственных планов. Особенно в конце кварталов и уж тем более в конце года. Это опять же имеет отношение к премиальным бонусам для руководства банка.
Когда же наступает кризис, то клиентов гнобят, а конструктивного сотрудничества нет. Их просто предают. Ради отчетности. Когда же ситуация нормализуется, клиента опять просят взять кредиты, ссылаясь на то, что такова жизнь и надо спокойно ко всему относиться.
Между прочим, с крупными клиентами работать, конечно, проще и удобнее. Одно дело — выдать  юридическому лицу с хорошей кредитной историей миллионов двести, и совсем другое дело, когда нужна рутинная работа с физическими лицами. Но ведь Сбербанк и считается «народным банком». По определению работающим в первую очередь «с физиками». А что мы видим в работе банка с розничными кредитами? По сути, дискредитацию российской банковской системы, которая вернет себе доверие в лучшем случае аж через несколько поколений «дорогих россиян».
По нашей оценке, коллекторские агенты от Сбербанка чуть ли не самые «жесткие». По три раза за ночь напоминают должникам о просроченном кредите. Это тоже элемент «народности»?
На Западе 70% кредитных ресурсов банки размещают на рынке так называемых физических лиц и лишь 30% — на рынке юридических лиц.  В Сбере ситуация прямо противоположная. А все потому, что в Сбербанке не хотят  и не умеют работать с розничным сегментом. Ведь это хлопотно — выдавать кредиты по 100, 200 или 300 тысяч рублей сотням и тысячам семей. Легче, как уже говорилось, «с вертолета сбросить» сотни миллионов одному крупному заемщику. И тормозится все это не у Германа Грефа в центральном офисе СБ РФ, а в территориальных структурах Сбербанка, у Кудрявцевой и Ко.

Миссия Сбербанка невыполнима

Герман Греф декларирует приближение Сбербанка РФ к «западным», европейским стандартам. На деле же в
конкретных действиях в Волго-Вятском банке Сбербанка мы видим попятное движение — назад, «обратно в СССР».
Одна из причин состоит в том, что у того же Волго-Вятского «Сбера» нет реальной стратегии развития. Между прочим, председатель правления банка и обязан в первую очередь заниматься стратегией, то есть определением путей развития, созданием образа будущего банка. Ведь Кудрявцева «руководит» коллективом в 20 тысяч человек. Или делает вид, что руководит…
Вместо этого мы слышим лишь громкие слова о Миссии Сбербанка, которые, судя по всему, в Волго-Вятском Сбербанке не наполнены внутренним содержанием. Сотрудники про Миссию слышали, но в чем она состоит, думаем, не помнят.
Наверху говорят о повышении эффективности работы, а в территориальных структурах переодели сбербанковцев в зеленую униформу — и вроде бы все не так плохо. Еще бы теперь им улыбки нарисовать. Но в Сбербанке, похоже, не до улыбок. Зарплата там ниже, чем в других банках. Разрывы зарплат топ-менеджеров и основной части к   оллектива больше, чем где-либо. При этом управление-то, по нашей оценке, профессиональным в должной мере не является.
В том же Волго-Вятском «Сбере» при Кудрявцевой идет имитация перемен, направленных к «европеизации» банка. Не случайно Волго-Вятский Сбербанк до сих пор среди бизнесменов называют «сберкассой» или «сбер домом». Имидж банка в финансовой сфере достаточно низкий. Кадры котируются достаточно слабо. Как мы слышали, из Сбербанка в другие банки на аналогичную должность берут редко. А вот из других банков в Сбербанк  «по горизонтали» берут охотно. Можно по-разному это трактовать, но, похоже, это факт.

После черной полосы будет белая

Очень не хотелось бы копаться во «фрейдистских» штучках, выяснять детали морально-психологической мотивации банкирши. Для примера скажу, что некоторые считают происходящее авторской шоу-программой Кудрявцевой.
Интереснее, что будет дальше. Распространенная точка зрения состоит в том, что Кудрявцевой активно готовят замену. Восстановится нормальный ход жизни. В том числе и в Волго-Вятском банке Сбербанка РФ тоже ситуация улучшится. После черной полосы все равно наступает белая.

Михаил УВАРОВ

Запись опубликована в рубрике Скандал недели. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *